Солнце уже клонилось к закату, когда кавалькада белых джипов, свернув с автострады Дубай — Эль-Бурайми, остановилась у песчаных дюн. После невыносимо влажной духоты города ветерок пустыни казался прохладным. Дышалось здесь легко и свободно. Туристы с удовольствием высыпали из машин — побродить по медленно остывающему от дневного зноя песку и поразмять ноги после получасовой поездки из центра Дубая. Еще мгновение — и мы отправимся в путешествие по бездорожью дюн, желто-оранжевыми волнами уходящим к горизонту.

Но мгновение затягивалось... В назначенное время к нам не присоединился еще один джип с туристами. Что-то задержало его в пути. Наши водители — они же гиды дубайской турфирмы «Нетт-турс» — озабоченно переговариваются с опаздывающим экипажем по мобильному телефону.
А мы тем временем разбредаемся — послушать тишину пустыни, изредка нарушаемую едва уловимым шуршанием колес от проходящих но автостраде машин.

Ветер и песок — вот практически и все инструменты участвует еще и солнечный свет, придавая окружающему ландшафту какой-то неземной вид. Чем ближе к вечеру, чем длиннее тени, отбрасываемые большими и малыми дюнами, тем загадочнее становится этот мир...
Внезапно тишину взорвал звук автомобильного клаксона. Это появился опаздывающий джип — пора снова в путь. Теперь уже в глубь пустыни, где нет ни жилья, ни дорог. Сегодня мы — открыватели просторов Аравии.
Водители уже поубавили давление в скатах — операция, необходимая для придания машине большей проходимости и песках, — и наш джип первым ныряет с вершины бархана вниз, поднимая на крутом вираже песчаный фонтан. Натужно ревет мотор, давая волю всем своим лошадиным силам, и мы взлетаем на следующий песчаный гребень. Вираж, разворот — и вновь резкое падение вниз...
«Прогулка» все больше напоминает полет на легко-моторном самолете с пилотом-лихачом за штурвалом (Как же ему хочется показать свою удаль!..). Находясь внутри кабины, сразу и не сообразишь, под каким же углом мы падаем и опять взлетаем. И только обернувшись и увидев идущие за нами машины, понимаю всю крутость, маршрута в этом безумном авторалли. То, что происходит с машиной и ее пассажирами, временами напоминает испытание космонавтов на тренажере. Поражает легкость, с которой наш джип «тойота» преодолевает все препятствия. Вот где этот сверхмощный автомобиль может показать все, на что способен!
Впереди среди дюн возвышается песчаная гора. Кажется, к ней мы и направляемся... Честно говоря, эти немыслимые «полеты» над дюнами и между ними уже слегка утомили. То же состояние замечаю и у моих спутников — американских бизнесменов из Сиэтла. Все в кабине притихли, и лишь Амир — наш лихой водитель лет 35-ти — невозмутимо крутит баранку с тем же спокойным выражением лица, что и некоторое время назад, когда мы катили по автостраде.
Вот и подножие горы. Амир дает мотору полные обороты, и мы в считанные секунды возносимся на самую вершину, откуда пустыня видна на многие километры вокруг. Приехали вовремя: солнечный диск уже коснулся песчаного горизонта. Последние мгновения уходящего дня...
Что за краски разлились но небу! А какая игра спета и тени на окрестных дюнах!.. Все и вся замерли в этот предзакатный миг.
Когда мы подъехали к специально оборудованной в пустыне стоянке бедуинов, было уже совсем темно. В свете прожекторов, лениво переминаясь с ноги на ногу, нас поджидали оседланные верблюды. Пересесть с джипа на живой корабль пустыни и неспешно сделать круг в составе небольшого каравана — было весьма заманчиво.
Тем временем, за невысоким плетеным забором арабы готовили для гостей угощение: шашлык, зелень, фрукты, традиционные восточные сладости, кофе... Можно было даже покурить кальян. Трапеза сопровождалась национальной музыкой и. конечно же, танцами. Пышнотелая танцовщица, исполнявшая танец живота, так очаровала заезжих мужчин, что некоторые из них даже вышли в круг, пытаясь подражать ее движениям.
Рядом с коврами, на которых полусидели-полулежали гости, на цепи примостился сокол: страсть бедуинов к соколиной охоте известна. Здесь же лежала перчатка, которую мог надеть каждый желающий, чтобы затем попытаться уговорить сокола пересесть к нему на руку. Правда, уставшая от жары птица редко когда поддавалась на чужие уговоры и лишь вертела головой да поглядывала по сторонам зорким глазом.
Многих соблазнила экзотика иного рода: за весьма умеренную плату гостям предлагалось сделать рисунок, напоминающий татуировку. От желающих не было отбоя. Мужчины и женщины с энтузиазмом подставляли кто руку, кто ногу или бедро, терпеливо высиживая несколько минут, пока не закончится священнодействие местной художницы. А потом еще некоторое время ходили, задрав рукав рубашки или юбку, чтобы не смазать только что нанесенный рисунок и подольше сохранить намять об этой ночи в пустыне.